Бесплатные шаблоны Joomla

Десант – это не пьяное купание в фонтанах!

Игорь Скоробогатько

Если у человека есть конкретная цель и желание ее достичь, результат не заставит себя ждать.

В одном из номеров «ДД» рассказывал об Эстонском союзе десантников «Свирь» и его командире Сергее Иванове. Наши представители крылатой гвардии помогают матушкам Ильинского скита Пюхтицкого монастыря, поддерживают мать десантника из Эстонии Михаила Румянцева, погибшего в Афганистане, находят и приводят в порядок могилы других воинов, не вернувшихся с полей сражений. Понятно, что наши десантники не имеют поддержки со стороны официальных властей, да и не претендуют на нее.

Отчасти и поэтому нам было интересно узнать, как живут десантники на Украине, благо и случай представился. Представитель Союза десантников Сумской области Украины и руководитель Сумской городской организации ветеранов и инвалидов войны в Афганистане Игорь Скоробогатько в октябре побывал в гостях у эстонских друзей, и нам удалось поговорить.

Как становятся десантником

Игорь Скоробогатько «заболел» десантом еще в 1978 году. Тогда на экраны вышел фильм «В зоне особого внимания», и 14-летний сумской паренек, как и многие мальчишки того времени, твердо решил: в этой жизни он хочет быть только офицером и только десантником. Поэтому после окончания школы он рванул в Рязань, поступать в самое престижное учебное заведение ВДВ.

Набранных на вступительных экзаменах баллов оказалось недостаточно для зачисления в вуз. По словам Игоря, тогда конкурс поступавших в училище был 25 человек на место. Сравнить можно только с театральными учебными заведениями. Однако молодой человек сдаваться не спешил.

«Нас собралась группа из пяти парней, страстно желающих служить в ВДВ, которым посоветовали подождать две недели: зачисленных на учебу вывозили под Рязань на курс молодого бойца. Среди счастливчиков были не только отличники и перспективные спортсмены, но и блатники. Именно они и другие слабые ребята обычно не выдерживали и уходили еще до принятия присяги. На их места брали самых крепких из непоступивших. Но нам не повезло. В том году в лес никого не вывозили: курс молодого бойца провели в самом училище, естественно, это было не так сложно. Мы нелегально, прячась, прожили на территории училища дней десять, а после стало ясно, что придется возвращаться домой».

Однако весной следующего года Скоробогатько получил повестку в армию. Еще на стадии постановки на учет в военкомате он сообщил, что служить желает только в ВДВ. А жизнь решила подкинуть целеустремленному парню не только исполнение мечты, но и испытание. 1982 год. СССР имеет свою группу войск в Афганистане. Три месяца учебки в Фергане – и Игорь в столь желанном тельнике и берете отправляется на войну.

«Как вы сейчас оцениваете ту кампанию и участие наших ребят в ней?» – спрашиваю у человека, за плечами которого не только опыт боевых действий, но ранение и полгода госпиталей, поставившие крест на дальнейшей службе в армии. «Каждый должен заниматься своим делом. Если ты надел сапоги, берет, тельняшку, то твое дело не обсуждать приказ, а выполнять его. Поэтому вопросов наша отправка в Афганистан у меня не вызывает. А тогда и вообще не было мыслей о том, что это война, страшно, можно отказаться. Если ты идешь в ВДВ сознательно, ты уже настроен терпеть и выполнять поставленные задачи».

Ударяться в воспоминания о войне Игорь не стремится, на вопрос о том, за что получил медаль «За отвагу», несколько туманно отвечает, что в числе других принимал участие в операции по выводу третьего батальона из Панджерского ущелья. «Никаких особых подвигов я не совершал: на амбразуры не бросался, языков не брал. Это была обычная, хоть и серьезная операция. Если же говорить о войне в целом, то уже выжить на ней – подвиг», – говорит Скоробогатько.

Родители Игоря, люди, пережившие Великую Отечественную, знали о том, что такое война не по фильмам, и со страхом восприняли отправку сына в Афганистан. «Нет, – говорит Игорь, – напрямую не отговаривали. Просто сначала предлагали поступить в институт, потом старались что-то сделать, чтобы меня направили служить в другой регион. Только какой может быть институт или еще что-то для парня, и во сне видящего себя в тельнике?»

Кстати, в институт Игорь все-таки поступил. Уже после армии. Учился в Питере, собираясь стать учителем истории. «Это были девяностые годы, так что отучился три курса и занялся бизнесом. Был Крым, была Москва, в 1995 году вернулся в Сумы. Там и остался», – говорит Игорь.

Стал ли он бывшим десантником? Да ни за что! Офицерская жилка и стержень десантника, как кажется, родились вместе с ним. С 1998 года он занялся общественной деятельностью, которая продолжается и по сю пору. Как говорят его приятели: Игорь из тех, кто не просто чтит и помнит десант. Он живет этим.

Человек должен себя реализовать

На сегодняшний день Игорь Скоробогатько является председателем Союза десантников Сумской области Украины и руководителем Сумской городской организации ветеранов и инвалидов войны в Афганистане. «По сути, это одно и то же, с той лишь разницей, что десантная организация несколько шире и охватывает всех воинов элитного подразделения вне зависимости от того, где они служили, а ветеранский союз больше работает с людьми, прошедшими горячие точки, которых, кроме Афганистана, было немало и, к сожалению, будут еще», – объясняет Игорь.

Работой только в своем городе союзы не ограничиваются. Поле деятельности – вся Украина, весь мир. Сумский союз в свое время стал соучредителем Международного союза десантников, в число членов которого входит и наш, Эстонский союз и союзы многих республик бывшего Советского Союза и Европы.

«Однако и на Украине мы не одиноки: есть очень сильные организации в Одессе, в Донецке, на родине легендарного командующего ВДВ Василия Маргелова – в Днепропетровске. Работают десантники и во Львове, и со всеми мы сотрудничаем». – «Да вы что, и во Львове?» – удивляюсь я. «Если вы хотите знать, как националисты пытаются бороться с нами, то отвечу: никак, – смеется Игорь. – Был случай, когда в нашем сумском офисе разбили окна, но там причиной скорее стали предстоящие выборы и несогласие с кандидатом в президенты, которого мы поддерживали. Все остальное – не повод для открытой войны, а лишь расхождение во взглядах на историю и то, каких традиций и трактовок придерживаются они, а каких – мы».


В 1998 году у группы единомышленников-десантников возникла идея создания школы парашютного спорта в Сумах. За пять лет работы удалось подготовить более полутора тысяч «перворазников» (те, кто совершает свой первый прыжок). В школу съезжались спортсмены из Америки, Израиля, Бельгии, Швейцарии. «У нас же в 23 года совершил свой первый прыжок нынешний член сборной России по парашютному спорту Константин Заклудный».

А сейчас клуба нет. Все рухнуло в 2005 году, после «оранжевой революции». К власти пришли другие люди, сменились руководители на местах, и аэроклуб закрылся.

Чем сегодня занимаются сумские десантники? Во-первых, это поддержка таких же солдат, оказавшихся в тяжелой жизненной ситуации. Занимаются и с совсем молодыми людьми, 19-летними, только завершившими службу в армии и оставшимися один на один со взрослой жизнью: без профессии и денег. «Мы не пытаемся заменить им отцов, мы скорее старшие товарищи. Парень попадает к нам, и начинаются беседы, помогающие определиться с дальнейшим выбором. Не думайте, что купающиеся в фонтанах – это и есть десант. Это наш позор, с которым мы по мере сил собственным примером пытаемся бороться. Среди нас очень много состоявшихся людей. Это и политики, и депутаты, и предприниматели: миллионеры и даже миллиардеры. Именно об этом мы говорим с молодежью, предлагая помощь, в том числе в поиске работы. Впрочем, я придерживаюсь той теории, что человек должен желать помочь себе сам. Если мы видим, что ему не нужно то, что ему предлагается, мы с ним расстаемся».

В более конкретной помощи нуждаются семьи погибших десантников и афганцев, а также инвалиды, забытые своими родными и властями. Кому-то из родных погибшего солдата нужно привести в порядок пострадавшую от времени могилу. Кто-то из ветеранов болен и ему нужны врачи, инвалидная коляска или ортопедический матрас. Кто-то нуждается в простом общении.

Есть идея, способ реализации найдется

По словам Скоробогатько, опыт приходит с годами: «Нас не учили ни на психологов, ни на социальных работников. Каждая новая история дает новые знания. Постепенно разрастается и круг общения, среди знакомых появляются генералы, маршалы, руководители других десантных и ветеранских организаций. А дальше, уже благодаря полученному опыту, ты понимаешь, куда нужно двигаться для решения той или иной проблемы».

Впрочем, не только на помощи конкретным людям сосредоточена работа десантника Скоробогатько. Благодаря этому человеку в Сумах появились и новый храм с часовней, и целый мемориальный комплекс, посвященный воинам-афганцам и ставший чуть ли не самым популярным местом 300-тысячного города и полуторамиллионной области для проведения празднеств патриотического толка. Стала ощущаться поддержка со стороны властей.

«Все эти проекты как раз и реализовывались благодаря десантной хватке и тому, чему нас научили в армии. Я уверен, что если есть десяток единомышленников и правильная идея, ее всегда можно реализовать. Так, к примеру, получилось с храмом. У нас был совсем молодой батюшка, и мы, люди, скажем прямо, не сильно состоятельные. Но появилась идея возведения нового храма в Сумах, которой мы загорелись и начали полномасштабную кампанию по ее воплощению в жизнь. Была проведена работа по подготовке архитектурного проекта, составлена вся необходимая документация. Для привлечения спонсоров провели информационную кампанию в СМИ, отпечатали календари, иконки. На каждой встрече при первой возможности заводили разговор о своем плане. Так и нашелся человек, который не только стал главным спонсором, но и до сих пор находится при этом храме».

Сегодня строительство храма полностью завершено, недавно он обзавелся часовенкой в честь святой (княгини) Анны Кашинской.

Мемориальный комплекс начинался с того, что члены десантной организации вышли с инициативой установки памятного знака, которого ни в городе, ни в области не было. Дело было в 2004 году, когда на Украине проходили выборы президента страны. Просьбы о помощи отправили в штабы основных кандидатов, тем более что Виктор Ющенко сам уроженец города Сумы. Однако и от него, и от Юлии Тимошенко пришли примерно одинаковые ответы: вот выиграем выборы, тогда точно поможем.

Скоробогатько говорит: «Мы сразу поняли, что это пустые слова. И тут наш батюшка (тот, вместе с которым строили храм) вывел нас на штаб Виктора Януковича. Нам повезло, что среди работников штаба оказался десантник-афганец. Нас выслушали, велели срочно прислать проект и… выделили деньги. А дальше уже стало проще, поскольку люди и власти видели, куда и как тратятся средства, нас стали поддерживать. Так идея памятника выросла до целого мемориального комплекса, в котором кроме самого памятного камня появилась часовня, бюст Василия Маргелова, вот-вот установим бюст простому солдату-афганцу и даже разобьем сад камней, на каждом из которых будет высечено памятное для прошедших Афганистан название населенного пункта: Кабул, Джелалабад, Багран... Окончательно завершить строительство комплекса мы планируем в феврале будущего года, когда будет отмечаться 25-я годовщина вывода советских войск из Афганистана».

Вот такие они – настоящие десантники.

 

https://rus.postimees.ee/2606190/igor-skorobogatko-desant-eto-ne-pyanoe-kupanie-v-fontanah

   
© THE INTERNATIONAL UNION OF PARATROOPERS